Вот зараза! Верно, это когда я загружала кузов. Так спешила, что было не до мелочей. Я протянула ему права - настоящие, не фальшивые. Он поводил фонариком, сравнивая лицо на фотографии с моим.

- Кэтрин Кроуфилд… Дочка Джастин Кроуфилд, да? Из Вишневого Сада Кроуфилдов?

- Да, сэр, - вежливо и равнодушно, будто мне все до лампочки.

- Ну, Кэтрин, время к пяти утра. Почему это ты не дома?

Не могла же я рассказать ему, чем занимаюсь… Не хотелось нарываться на крупные неприятности… или подписываться на долгий срок в комнатке, где стены обиты мягким…

- Мне не спалось, вот и решила прокатиться.

К моему ужасу, он зашел сзади и посветил в кузов.

- А что это ты везешь?

А, ничего особенного. Труп под кучей мешков и еще топор…

- Вишню в мешках из бабушкиного сада.

Если бы сердце у меня стучало хоть немного громче, его бы оглушило.

- Ах, вот как. - Он прошелся лучом фонарика по груде пластика. - Там один подтекает.

- Это ничего, - пискнула я. - Они вечно подтекают. Потому и вожу их в старом грузовичке. Там все дно красным заляпано.

Я с превеликим облегчением вздохнула, когда он оставил кузов в покое и вернулся к моему окну.

- Стало быть, ты катаешься так поздно, потому что тебе не спится. - Он скривил губы в понимающей усмешке. Скользнул взглядом по облегающей майке и растрепанным волосам. - И я должен этому верить?

Намек был таким прозрачным, что я едва не сорвалась. Он решил, что я спала, да только не дома. Молчаливое обвинение, которому насчитывалось уже двадцать три года, повисло между нами. «Вся в свою мамашу, а?» Не так-то легко быть незаконнорожденной в таком маленьком городке, где никто не дает тебе об этом забыть. Считается, что в наше время это ничего не значит, да только Ликинг Фоллс в штате Огайо живет по собственным понятиям.

Я с великим трудом сдержала злость. Когда я злюсь, все человеческое сползает с меня, как ненужная шелуха.